Интервью
ГЛУПОСТЬ ИЛИ ПРЕДАТЕЛЬСТВО?
Удалось ли новосибирским ветеранам отстоять свой госпиталь перед чиновниками?
Уже больше трёх месяцев ветеранское сообщество Новосибирска лихорадит. Причина этому – попытка резкой смены направления деятельности «родного» для многих ветеранов медицинского учреждения – Новосибирского областного госпиталя №2 ветеранов войн (НОГ № 2 ВВ). Все лето одни слухи сменяли другие, то толкая людей к протестным акциям, то вызывая у них надежду на благополучный исход конфликта.
Редакция «Метафоры ТВ» не могла остаться равнодушной к этой ситуации и провела собственное расследование, чтобы понять, в чем причина вдруг возникшей проблемы. Мы постарались сохранить объективность в описании произошедших событий и по возможности не давать им собственной оценки. Насколько нам это удалось, решать нашим читателям.
ГОСПИТАЛЬ КАК ЗЕРКАЛО СОВЕТСКОЙ МЕДИЦИНЫ
Эта история началась, скорее всего, задолго до 1 июня, когда министр здравоохранения Новосибирской области Ростислав Заблоцкий представил коллективу областного госпиталя № 2 ветеранов войн нового главного врача.
Анастасия Шуркевич, к.м.н., главный внештатный специалист по внебольничной помощи минздрава НСО, до того являлась заместителем главного врача городской клинической поликлиники № 1. Она сменила на посту руководителя госпиталя Людмилу Канунникову, заслуженного врача РФ, д.м.н., профессора, заведующую кафедрой медицинского права НГМУ, главного внештатного гериатра областного минздрава. Людмила Владимировна 35 лет занимала эту должность и превратила госпиталь, как выразился министр, в «якорную организацию для лечения и реабилитации ветеранов боевых действий, участников СВО». Под руководством Л.В. Канунниковой НОГ №2 ВВ весной 2025 года стал победителем Всероссийского конкурса «Лучший госпиталь ветеранов войн» в номинации «Доступная среда». После своего ухода с поста главного врача профессор выразила желание возглавить лечебно-реабилитационную службу госпиталя.
Смена руководителя – процесс всегда непростой, порой болезненный, особенно когда бывший и новый главы организации представляют, по сути, не просто разные поколения, а разные мировоззрения.
Людмила Владимировна – представитель еще советской медицины в её самом лучшем смысле, медицины, ориентированной на самоотверженное лечение пациента и использование для этого всех современных научно-технических достижений, без учёта его платёжеспособности.
Коллектив госпиталя, бережно пестуемый главврачом Канунниковой на протяжении трёх десятков лет, полностью разделял её подходы к организации лечебной работы. В отличие от большинства современных медицинских учреждений, здесь почти отсутствовала текучка кадров. Многие ветераны десятилетиями наблюдались у одних и тех же специалистов. Всё это создавало неповторимую атмосферу дружеского, доверительного общения врачей и их пациентов – людей, относящихся к весьма непростой категории и имеющих порой целый букет различных заболеваний. Ветераны боевых действий всегда знали, что в госпитале их в любой момент примут как родных, помогут справиться с обострившимися последствиями ранений, контузий, посттравматического синдрома. Продолжения этой прекрасной традиции ждали и от нового главного врача. Но, как говорится, «что-то пошло не так», причём с первых же дней.
«ПЕРЕСТРОЙКА» В ПОЛЬЗУ НЕБЕДНЫХ
Анастасия Шуркевич принадлежит уже к другому поколению врачей, окончивших медицинский вуз в конце нулевых годов. К этому времени идея платной медицины давно перестала коробить сердца российских медиков. «Бесплатность» лечебной помощи порой воспринималась ими как синоним её низкопробности.
Нет, мы не будем утверждать, что Анастасия Алексеевна относится к категории подобных специалистов. В Сети можно найти немало отзывов от пациентов первой городской поликлиники, характеризующих её как внимательного, знающего кардиолога. Но почему-то, сев в кресло главврача госпиталя, А. Шуркевич со свойственной ей энергией занялась ломкой именно системы оказания помощи ветеранам боевых действий, которая, согласно российскому законодательству, априори является бесплатной.
Как-то незаметно с официального сайта медицинской организации исчезло «Типовое положение о госпитале ветеранов войн», разработанное при участии Людмилы Канунниковой, председателя НКО «Союз госпиталей ветеранов войн России» и подписанное министром здравоохранения РФ М. Мурашко в 2024 году. В нём были чётко указаны цели и задачи госпиталя, а также перечень лиц, являющихся его пациентами. Одновременно в стационарных отделениях так же незаметно пропали плакаты с госпитальной символикой.
Мы не можем точно утверждать, какие именно напутствия давались Анастасии Шуркевич перед её назначением на руководящую должность. По её собственным словам, неоднократно повторенным во время совещаний в госпитале, она получила «карт-бланш» от окружения губернатора области и руководства областного минздрава на «переориентирование» медучреждения. Кому-то из высших чиновников на пятый год СВО захотелось видеть на месте госпиталя ветеранов войн элитную клинику для лечения «высокопоставленных людей»: прокуроров, судей, министров областного правительства. Успехи бывшего главврача в деле подготовки квалифицированных специалистов и создания современной технологической базы, а также недавно проведённый капитальный ремонт здания, сыграли с госпиталем злую шутку и обернулись против него. Будь в нем разруха и запустение, таких планов, скорее всего, не было бы и в помине.
Видимо, Анастасия Алексеевна на первых порах старалась строго следовать указаниям вышестоящего начальства: уже 17 июля на странице госпиталя ВКонтакте было размещено объявление об организации выделенной телефонной линии для работников прокуратуры, следственного комитета, судебной системы, правоохранительных органов и прочего «спецконтингента» в виде государственных служащих. Им предлагалось звонить по телефону +79607996469 по всем вопросам записи на приём с 07.30 до 16.00. До персонала также было доведено, что теперь это и есть их главные пациенты, к которым нужно относиться соответствующим их статусу образом.
В это же время госпиталь был подключён к телефону 122, и бот Николай, хорошо известный обычным новосибирцам, принялся записывать к узким специалистам госпиталя любого, обратившегося за медицинской помощью. Ведь роботу безразличен статус позвонившего. В итоге, ветеранам попасть к своим врачам стало весьма проблематично.
В шоке и недоумении сотрудники госпиталя наблюдали за тем, как старательно и планомерно уничтожаются результаты 35-летней плодотворной деятельности прежнего главврача.
В распоряжении редакции оказался документ, весьма характерный для методов и стиля общения А.А. Шуркевич со своими новыми подчиненными. Это «Уведомление об изменении условий трудового договора», датированное 31 июля 2026 года.
В «уведомлении» в весьма небрежной форме врач ставится в известность о том, что с 1 октября его зарплата существенно понизится. Причиной этого является якобы «объективная необходимость приведения расходов Учреждения в соответствие с фактическими объёмами финансирования, в том числе поступающими из системы ОМС, а также поступлений от приносящей доход деятельности». Несогласным с такими изменениями были издевательски предложены вакансии, среди которых «кухонный рабочий, подсобный рабочий, уборщик территории, уборщик служебных помещений». Подчеркиваем – эти вакансии предлагались высококвалифицированным медицинским работникам.
У непривычных к подобному отношению сотрудников госпиталя шок быстро сменился возмущением. Уже в конце июня к вице-губернатору, курирующему вопросы здравоохранения в области, обратились с просьбой повлиять на не в меру разошедшегося нового руководителя. Ответ обескуражил: «Не мешайте ей, она знает, что делает».
И врачи отступили. Коллектив начал разваливаться. За неполные два месяца уволились или были уволены более 40 медицинских работников – врачи, медсестры, регистраторы. И до сих пор очередь на увольнение не уменьшается. Врачи, работники среднего медицинского и обслуживающего персонала уходят. Взамен же принимаются, в основном, специалисты, компетентные в деятельности по организации платных услуг.
Может быть, региональные власти не захотели разбираться в этих обращениях в защиту коллектива, посчитав недовольство сотрудников просто нежеланием работать по-новому. А может, действительно, не захотели мешать процессу «перестройки», с нетерпением ожидая ее результатов. Вот только результаты оказались далеки от ожидаемых.
ПИРРОВА ПОБЕДА?
Ветераны быстро почувствовали, что происходит что-то неладное. После начала публикации списка свободных мест в стационарных отделениях госпиталя в медицинской информационной системе (МИС) их стали занимать пациенты, не относящиеся к категории ветеранов войн и лицам, приравненным к ним по льготам. В связи с чем самим ветеранам попасть на лечение в свой стационар оказалось практически невозможно.
Кроме того, в госпитальной консультативно-диагностической поликлинике с дверей исчезли таблички, информирующие об их праве на первоочередное обслуживание. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стал неожиданный запрет для них подниматься выше третьего этажа поликлиники: на верхних этажах главврач запланировала открыть кабинеты платных медицинских услуг.
Действительно, зачем им туда идти? Ведь там один только первичный приём узких специалистов стоит, согласно новому прейскуранту, более 5 000 рублей, а цена консультации некоторых достигает 10 000 рублей. Далеко не каждый из них готов выложить такую сумму за визит к врачу.
Но руководство медучреждения не учло одного: ветераны боевых действий – народ решительный, многие прошли не одну горячую точку. Столкнувшись раз, другой с неожиданно возникшими проблемами при записи на приём в поликлинику и в стационар, они начали возмущаться.
В органы прокуратуры полетели жалобы от ветеранских организаций, в которых перечислялись конкретные факты. Например, отмена врачебно-отборочной комиссии (ВОК), в результате чего не только ветераны прошлых локальных конфликтов, но и участники СВО, члены семей погибших (умерших) участников СВО, ветераны труда федерального и местного значения лишились возможности получить медицинскую помощь в госпитальной поликлинике.
Реакция на эти обращения последовала довольно быстро. В конце августа интенсивная деятельность главврача по демонтажу системы медицинской помощи профильным пациентам госпиталя внезапно резко пошла на спад. Ходят слухи, что это случилось после звонка «сверху». Так или иначе, Анастасия Шуркевич вдруг изъявила большое желание пообщаться с ветеранами.
Встреча прошла 3 сентября на площадке НОО ООО «Российский союз ветеранов Афганистана и специальных военных операций». На нее пришли десятки членов РСВА и других ветеранских организаций, причём многие из них были в военной форме, с боевыми орденами и медалями.
Ветераны подготовили список вопросов, на которые они хотели услышать ответ как от самой А. Шуркевич, так и от министра здравоохранения Новосибирской области, приехавшего поддержать свою протеже. Список включал в себя 8 пунктов; в числе основных претензий к главврачу были:
– изменение структуры и профиля учреждения;
– ущемление прав ветеранов;
– указание на сайте госпиталя на преимущественное право участников СВО в получении услуг перед другими категориями ветеранов;
– принуждение к увольнению лучших специалистов медперсонала;
– увеличение числа коек в реабилитационном (нелечебном) отделении стационара с 15 до 45 за счет уменьшения их количества в терапевтическом и неврологическом отделениях;
– приглашение в отделение медицинской реабилитации стационара непрофильных пациентов (онкобольных, послеоперационных из НИИТО);
– агрессивная реклама платных услуг в соцсетях и другие.
Впрочем, поддержка министра Анастасии Шуркевич не понадобилась – она прекрасно справилась сама.
Медовым голоском главврач начала своё выступление с перечисления статистических данных, которые всегда положительно влияют на аудиторию и настраивают её на доверительное отношение к выступающему. Судя по дальнейшим словам руководителя госпиталя, после того как она заняла эту должность, она всё делала исключительно для блага ветеранов.
И в самом деле, за неделю до этой встречи выяснилось, что Шуркевич в срочном порядке частично исправила допущенные ранее «перегибы»: была восстановлена работа врачебно-отборочной комиссии, введён в систему номер, выделенный специально для ветеранов боевых действий, участников СВО и членов их семей: +7 983 137 35 60.
Мы не будем подробно останавливаться на содержании довольно пространной речи Анастасии Алексеевны. С лёгкостью необыкновенной она скользила по поверхности затрагиваемых вопросов, стараясь за многословием избежать обсуждения их сути. Её способность балансировать на грани правды и недоговорённости, а также умение переломить настроение присутствующих в свою пользу вызывали невольное восхищение.
В результате этого словесного «балета на льду» основная цель встречи так и не была достигнута, потонув в обсуждении мелких бытовых деталей. Более обоснованные претензии находящихся тут же врачей были отметены не без участия Ростислава Заблоцкого. Министр, с каменным, слегка скучающим лицом просидевший перед ветеранами два с лишним часа, в конце разговора дал обещание встретиться с врачами, чтобы при личном общении узнать, какие же всё-таки проблемы беспокоят коллектив. Но, как выяснилось впоследствии, это обещание тоже являлось частью хорошо отрежиссированного спектакля, направленного на снижение градуса общественного возмущения. Встреча так и не состоялась.
Вместе с тем, нельзя сказать, что прошедший в помещении РСВА «вечер вопросов и ответов» оказался совсем бесполезным. Если до того у чиновников, возможно, и существовала надежда беспрепятственно создать на площадке госпиталя «частную клинику для элиты», то после 3 сентября должно было прийти ясное понимание, что ветераны его без боя не отдадут. А учитывая их многочисленность (по озвученным А. Шуркевич данным, количество лиц, относящихся к категории ВБД, составляет по области более 25 000 человек, в том числе в Новосибирске – более 5 000) и организованность, можно ожидать немало связанных с этим проблем для самих инициаторов «переориентации» медучреждения. При этом совершенно необязательно проводить митинги и прочие массовые публичные выступления. Как мы убедились, есть и другие, более действенные способы обозначить своё мнение.
Единственный вопрос – захотят ли его услышать «наверху». Пока, по крайней мере, всё свидетельствует о том, что «заинтересанты» в элитной клинике на месте госпиталя скомандовали своим силам отступление. Надолго ли – трудно сказать. Возможно только для того, чтобы снизить накал страстей перед выборами. А потом опять можно будет продолжить процесс его коммерциализации, добиваясь своего, как говорится, «не мытьём, так катанием».
Поверив обещаниям главврача и министра, ветераны пока молчат в ожидании, что будет происходить с их госпиталем дальше. Но мы уже видим: в медицинском учреждении активно проводится политика смены кадров. Старый персонал увольняют или люди уходят сами, а на их место приходят врачи уже новой формации, ориентированные на коммерческий подход к лечению.
Конечно, жаль уволившихся врачей, но они без работы точно не останутся, такие специалисты нужны везде. А вот что взамен получат ветераны, это другой вопрос. Останется ли госпиталь для них, как и раньше, родным домом, с его неповторимой дружеской атмосферой, в которой они так нуждаются? Местом, где на них смотрят не как на туго набитый кошелёк, который необходимо опустошить, а как на защитников Отечества, потерявших здоровье, защищая Родину?
Скорее всего, ветераны теперь будут получать в рамках ОМС какой-то минимум медицинских услуг на общих основаниях. И это всё. А за остальное им придется, по-видимому, платить. И уже никто не скажет с гордостью о Новосибирском областном госпитале №2 ветеранов войн, что он является «якорной организацией для лечения и реабилитации ветеранов боевых действий, участников СВО». Этой организации больше нет. Она разрушена. Готова ли власть ее восстановить и главное, нужно ли ей это?
